язык журнала

Читайте в этом выпуске

Материальная Культура и ее Роль в Социальном и Экономическом Развитии
Музеи должны помогать гражданину усвоить социально-эк...

Ребáб
Многие источники считают, что ребáб, будучи смычков...

Специфика́ция Нематериального Наследства Народа
Спецификация часто является установленной активность...
38
Issue 38
Вы можете скачать этот вопрос (PDF) по этой ссылке
Финоминология Берберской Культуры Как Показана в Музыке "A Vava Inouva" Написанной Идиром
Номер журнала 38

 Др. Мунис Бхаддра

 

На вершине высокой горы Жаржара, возвышенности Сетиф и долины Бискра, доходя до скалистых гор Тасли, где на широкой зоне живут "синие" народы, т.е., берберские группы Туареги, разбрасываются деревни и человеческие группы с обостренным чувством жизни, желающие оставаться близко к природе, которая навсегда прижмет их к своей груде. Прожив длинную историю, эти радостные группы сумели создать весьма прочное отношение с густыми элементами меняющейся природы, тронутое особыми чувствами, скопившимся во время берберских, или племенных, народов, как они стали известны во всем Алжире. Это отношение строилось этими народами через их специфическую культуру, и все его этапы проявлялись во всех составных частях ежедневного бытия людей и членов племен, что выражалось в их диалоге, одежде, способах подготовки еды  и проведения вечеров, а также в методах скотоводства, строения домов, и ткани шерсти.

Единственным признаком, чем Туареги смогли обеспечить себе привилегию и индивидуальность в рамке культурной сферы народов Средиземного Моря является высокая степень прочности и разборчивости их культурной истории, если же ее сравнить с их новейщей историей. Эта история позволяла Туарегам в тихой атмосфере, без шума и крика по сравнению с другими народами, продолжать свою жизнь. Так, в каждой части их изделий, и в каждом украшении, внушивается берберская эра, полная разными проявлениями необратимой любви к жизни.    

Берберы представляют собой нацию, у которой совсем не была память, признанная историей, несмотря на то, что память служит формой записи биографии народа и то, что они играли активную роль в создании истории народов региона, вместо со многими другими, следующими друг за другом, участниками, на протяжении более трех тысяч лет. Под нажимом исторических перемен, они привыкли забывать прошлое, так как созерцание минувшего времени и вторичное повествование его новостей, по выражению марокканского исследователя Мухаммеда Шафика, может привести лишь к хвастовству и какому-то омолаживанию. На самом деле, история может только быть наукой, возникающей под строгим контролем, ибо достоверное научное исследование требует от исследователя беспристрастно освобождаться от всего личного и от бремени любой власти, которое может негативно повлиять на его методику исследования, мышление и симпатию.

Берберская культура носила открытый характер. Она, по необходимости, а не по своему выбору, не была замкнутой в самой себе, благодаря чему Берберы оказали великое содействие появлению огромных соседних цивилизаций и культур, которые последовали друг за другом на побережье Средиземного Моря, начиная со середины первого тясычелетия до нашей эры.

Основной причиной ограниченности их культуры служило то, что стиль их жизни отличается кочевым характером, их язык не ниспссылался специальным писанием и на его службу не был поставлен какой-либо определенный мотив. Хамим аль-Гаммари  постиг эти факты, когда он попытался в начале четвертого века хиджры противостоять священному Корану языком его продедов, как до него сделал Салех Бин Тариф аль-Бургуаты аль-Махмуди во втором веке хиджры.     

На протяжении всей ее истории, берберская личность была наполненной двумя источниками: природой, со ее всеми густыми элементами и наследством и историческими достижениями. Смешение этих двух источников в одно направление превратила берберский субъект в особую личность, бывающей в состоянии постоянного пресыщения. Ее ничего не подстрекало, что не имело своих основ в одном из упомянутых источников. В результате этого, берберский народ вошел в историю как народ, который опирается на свои собственные ресурсы; он не слушает других народов или учится чему-либо у них, что сделало его самобытным источником, так как нельзя его соблазнить каким-то знаком или какой-то новизной. Причина кроется в том, что берберский народ проживает внутри самого себя, отказывая уйти оттуда, и поддерживая содержание нежели форму. Это последнее обстоятельство явно освободило Бербера от того, чтобы писать, переводить и вдумываться в достижения других народов, пока он зажигал искру идей, способствующих появлению цивилизаций на берегах Средиземного Моря, не заботясь о том, чтобы строить свою собственную цивилизацию, носящую его и его наследство.      

Явный отказ Бербера от построения цитаделей и крепостей, и изготовления смертельных орудий, свидетельствует о том, что он воздерживается от житья в рамках этих узких границ в виду того, что он, подобно самой природе, любит простор и открытое пространство, в отличие от фараона, который хотел навеки жить внутри своей могили, своих сооружений и вещей, которые он сам создавал своими руками. Поэтому, берберские и фараонские духи представляли противоположность в истории. Бербер хотел, чтобы его королевство была не столько материей сколько значением, и по этой причине празднество Берберского Йеннаера (нового года) является ежегодной церемонией победы значения над материей.